Туризм

Туризм Остров Пасхи
Миссионеры на острове Пасхи
Общинные и семейные обычаи и обряды
Искусство острова Пасхи
Испания
фиеста, фламенко, коррида
Турцентры Испании
Коста -Дорада
Районы северо-западного побережья
Города искусств Андалузии
Королевский монастырь Санто Томас
Старый собор имеет Башню Гальо
Наварра
Главные центры бурной ночной жизни
Канарские острова
Остров Гран Канария
пляжи Папагайо
Мальдивские острова
Традиционная одежда мальдивссих женщин
островные деревни
РАСПРЕДЕЛЕНИЕ БЮДЖЕТА
НАЦИОНАЛЬНЫЕ ПРАЗДНИКИ
Шоппинг
Выставка местных ремесел
РАЗМЕЩЕНИЕ НА КУРОРТАХ
Сафари, дайвинг, активный отдых
ПОДВОДНОЕ ПЛАВАНИЕ.
Зоны серфинга и близлежащие острова
НАБЛЮДЕНИЕ ЗА КИТАМИ И ДЕЛЬФИНАМИ.
Джумхури Майдан
Все курорты Северного Мале
Курорт Four Seasons на острове Куда Xypaa
СЕВЕРНЫЙ НИЛАНДХЕ
ЮЖНЫЙ ХУВАДХУ
 

Рапануи и полинезийские языки

Многочисленные археологические, антропологические, этнографические и лингвистические данные, обобщенные и проанализированные в научной зарубежной и отечественной литературе [см. напр. Беликов 1981; Беллвуд 1986; Тернер 1983; Тумаркин 1970; Elbert 1964] свидетельствуют не только о родстве полинезийских народов с их западными соседями, но и доказывают, что прародина протополинезийцев находится где-то в прибрежных районах Юго-Восточной Азии. Хотя установление генетического родства языков и диалектов является, по мнению Д.А. Ольдерогге (1977) всецело делом лингвиста, тем не менее мы рискнем сделать небольшой экскурс в область истории полинезийских языков, в том числе рапануйского. Это совершенно необходимо для понимания особенностей языка иероглифических текстов кохау ронгоронго, их анализа, а также для того, чтобы было ясно, почему автор широко обращается при чтении и переводе текстов к общеполинезийским лингвистическим материалам.

Полинезийские языки относятся к австронезийской языковой семье. Австронезийские языки (термин предложен В. Шмидтом вместо более узкого и устаревшего «малайско-полинезийские», введенного В. Гумбольтом в 1830-х гг.), включают индонезийские, микронезийские, малайские, полинезийские и некоторые другие языки, на которых говорят жители Малайского архипелага, Индокитая, Мадагаскара, Тайваня, Океании [Capell 1962; Grace 1959]. Дж. Грейс считает, что меланезийские и полинезийские языки имеют общую историю, в результате чего все инновации в меланезийских языках находят отражение в языках полинезийских [Grace 1959, 22]. Изучение австронезийских языков и попытки их классификации приводят лингвистов к выводу о том, что древние предки полинезийцев (бывшие одновременно предками многих других народов Океании) двигались с общей австронезийской прародины в Юго-Восточной Азии на восток разными группами, оседая на отдельных островах, давая начало современным народам Океании. Формирование полинезийской этнической общности и полинезийских языков началось более 2000 лет назад в пределах островов Футуна, Самоа и Тонга. В эту группу входит более 30 полинезийских языков, включаемых иногда в «Треугольник» с вершинами, направленными на север (Гавайские острова), юг (Новая Зеландия) и восток (о.Пасхи), и так называемую Окраинную Полинезию. На территории «Треугольника» говорят на 16 полинезийских языках, а во Внешней или Окраинной Полинезии зарегистрировано 14 или 15 языков, присущих небольшим сообществам, занимающим острова, рассыпанные внутри Меланезии и Микронезии и по их границам. Это языки нукуоро, капингамаранги, сикаиана, языки о-вов Онгтонг-Ява, Реннел-Беллона, Тикопия и других, материалов по которым очень немного [Pawley 1967]. Лингвистические факты свидетельствуют в пользу того, что языки внутри полинезийского треугольника распадаются на две группы: тонгические и ядерно-полинезийские, разделение которых произошло, видимо, около 200 г. до н.э., вскоре после заселения о-вов Самоа [Тумаркин 1970; Беликов 1981).

В тонгическую группу ученые включают языки тонга и ниуэ, а иногда также и восточно-увеанский. Остальные языки относятся к ядерно-полинезийским и составляют в свою очередь две группы: восточно-полинезийскую и самоическую. Восточно-полинезийская группа включает языки маори, раротонганский, таитянский, гавайский, туамотянский, маркизский, мангаревский, рапануйский. Некоторые лингвисты, считают последний обособленной подгруппой восточно-полинезийских языков. Р. Грин [Green 1966, 32] включает рапануйский язык в одну группу с мангаревским и маркизским языками.

В самоическую группу входят, помимо собственно самоанского языка, восточно-увеанский, восточно-футунанский и язык Эллисовых островов. Теперь к ним добавляют также языки островов Токелау, Нанумеа и Пукапука [Pawley 1967].

Полинезийские языки

Тонгические

Ядерно-полинезийские

Самоическо-внешние

Восточно-полинезийские

Тонга

Самоа

Таити

Пасхи

Ниуэ

Футуна

Туамоту

Увеа

Мангарева

Тувалу

Мангаиа

Токелау

Новая Зеландия

Пукапука

Капинга-маранги

Реннел и Беллона

Тикопиа

На рубеже нашей эры началось заселение протополинезийскими народами Маркизских островов, плацдарма или одного из центров дальнейшего расселения их на восток, что и привело к распаду праядерно-полинезийского языка на несколько групп. В лингвистической науке существует мнение о том, что колыбелью протовосточнополинезийских языков были острова Таити, ибо в таитянском языке сохранилось наибольшее число западно-полинезийской лексики [Churchill 1912; Elbert 1953, 165—166; Emory 1946; Emory 1963, 96—97; Emory, Sinoto 1965]. Грин однако, возражая против этого, показал, что маркизский язык отделился от восточнополинезийских раньше таитянского языка [Green 1966, 12]. Археологические данные также говорят, что в Восточной Полинезии первыми заселены были Маркизские острова — об островах Таити таких подтверждений нет, т.е. факты противоречат гипотезам С. Элберта и К. Эмори.

Древние предки полинезийцев, носителей протовосточно-полинезийских языков в течение многих столетий до их расселения по различным островам и архипелагам на востоке Тихого океана жили в крайней изоляции, что привело к созданию большого числа лингвистических инноваций по сравнению с языками их западных соседей — к такому выводу приходят в частности С. Элберт и А. Поли [Elbert 1953, 156—166; Pawley 1967, 293—294].

Казалось, хорошо аргументированные выкладки зарубежных ученых-лингвистов должны были бы, наряду с археологическими фактами внести ясность в теорию миграций полинезийцев и умерить пыл наиболее ярых защитников американской гипотезы заселения Полинезии и, в первую очередь, острова Пасхи. Однако, в 1982 г. в Гонолулу, вышла специальная работа, посвященная рапануйскому языку, истории его развития и его взаимосвязи с другими полинезийскими языками. Авторы книги, историк Р. Лангдон и лингвист Д. Трайон предложили новую гипотезу относительно положения рапануйского языка в семье полинезийских языков и соответственно иную схему миграции полинезийцев, а также новую теорию заселения острова Пасхи.

Справедливо отмечая, что легенда о прародине полинезийцев Саваики или Гаваики, широко распространенные в Центральной Полинезии не известны на острове Пасхи, авторы приходят к выводу о том, что носители восточнополинезийских (центральнополинезийских языков — термин Лангдона и Трайона) происходят с Самоа, а рапануйцы с другого острова Западной Полинезии. Вторым центром, по их мнению, распространения восточнополинезийцев был о-в Футуна, а своеобразным перевалочным пунктом в расселении мигрантов о-в Раиваваи. Обосновавшись на последнем, футуноязычное население было захвачено пришельцами с севера, т.е. с о-ов Таити, чей язык оказал серьезное влияние на язык первых мигрантов. Спустя какое-то время обитатели Раиваваи, говорящие уже на смешанном футуно-таитянском наречии, отплыли далее на восток и достигли о.Пасхи, который к тому времени был уже заселен. Опираясь на свои выводы, Лангдон и Трайон включили языки футунанской подгруппы в одну группу с рапануйским [Langdon, Tryon 1983].

Отметим попутно, что согласно Элберту [Elbert 1953, 60], применившему в исследовании полинезийских языков глоттохронологический метод, процентное различие в лексике восточно-полинезийских языков указывает на то, что язык острова пасхи первым откололся от группы протополинезийских языков. Это, однако, идет вразрез с фактическими данными других наук, и в первую очередь археологии. Вполне возможно, что низкий процент рапануйских слов, родственных другим восточнополинезийским языкам объясняется, в известной мере бедностью словаря, который служил источником для получения данных по рапануйскому языку. (Элберт пользовался словарем У. Черчилля [Churchill 1912], который насчитывает около 3000 слов, что в два с лишним раза меньше фактического числа рапануйских слов и выражений, зафиксированных позднее — в 1960—1970-е гг.).

Связывая бога дождя рапануйцев Хиро не с хтоническим божеством полинезийцев, а с историческим персонажем таитян, мореплавателем Хиро, жившим, видимо, в XV—XVI в., авторы полагают, что о.Пасхи не мог быть заселен полинезийцами ранее этого времени. А так как, согласно радиокарбонным датам он был заселен людьми около 400 г. н.э., то до этого, по мнению Лангдона и Трайона, на острове жили неполинезийские народы, пришельцы с востока. В течение тысячелетия, эти последние могли беспрепятственно плавать от берегов о-ва Пасхи на запад к островам, уже занятым полинезийцами, где происходила ассимиляция и смешение языков. Когда в XVI в. футуно-таитянские группы полинезийцев с Раивавае поселились на о-ве Пасхи, они оказали влияние на язык первых поселенцев, тех, что прибыли ранее от берегов Америки, однако не смогли окончательно поглотить их язык. В качестве свидетельства неполинезийского субстрата в языке рапануйцев Лангдон и Трайон привлекают пресловутые 10 числительных (не имеющие ничего общего с числительными) и некоторые другие термины (всего 71 лексема).

Туризм Куда поехать на отдых