Туризм

Рапануи и полинезийские языки

Многочисленные археологические, антропологические, этнографические и лингвистические данные, обобщенные и проанализированные в научной зарубежной и отечественной литературе [см. напр. Беликов 1981; Беллвуд 1986; Тернер 1983; Тумаркин 1970; Elbert 1964] свидетельствуют не только о родстве полинезийских народов с их западными соседями, но и доказывают, что прародина протополинезийцев находится где-то в прибрежных районах Юго-Восточной Азии. Хотя установление генетического родства языков и диалектов является, по мнению Д.А. Ольдерогге (1977) всецело делом лингвиста, тем не менее мы рискнем сделать небольшой экскурс в область истории полинезийских языков, в том числе рапануйского. Это совершенно необходимо для понимания особенностей языка иероглифических текстов кохау ронгоронго, их анализа, а также для того, чтобы было ясно, почему автор широко обращается при чтении и переводе текстов к общеполинезийским лингвистическим материалам.

Полинезийские языки относятся к австронезийской языковой семье. Австронезийские языки (термин предложен В. Шмидтом вместо более узкого и устаревшего «малайско-полинезийские», введенного В. Гумбольтом в 1830-х гг.), включают индонезийские, микронезийские, малайские, полинезийские и некоторые другие языки, на которых говорят жители Малайского архипелага, Индокитая, Мадагаскара, Тайваня, Океании [Capell 1962; Grace 1959]. Дж. Грейс считает, что меланезийские и полинезийские языки имеют общую историю, в результате чего все инновации в меланезийских языках находят отражение в языках полинезийских [Grace 1959, 22]. Изучение австронезийских языков и попытки их классификации приводят лингвистов к выводу о том, что древние предки полинезийцев (бывшие одновременно предками многих других народов Океании) двигались с общей австронезийской прародины в Юго-Восточной Азии на восток разными группами, оседая на отдельных островах, давая начало современным народам Океании. Формирование полинезийской этнической общности и полинезийских языков началось более 2000 лет назад в пределах островов Футуна, Самоа и Тонга. В эту группу входит более 30 полинезийских языков, включаемых иногда в «Треугольник» с вершинами, направленными на север (Гавайские острова), юг (Новая Зеландия) и восток (о.Пасхи), и так называемую Окраинную Полинезию. На территории «Треугольника» говорят на 16 полинезийских языках, а во Внешней или Окраинной Полинезии зарегистрировано 14 или 15 языков, присущих небольшим сообществам, занимающим острова, рассыпанные внутри Меланезии и Микронезии и по их границам. Это языки нукуоро, капингамаранги, сикаиана, языки о-вов Онгтонг-Ява, Реннел-Беллона, Тикопия и других, материалов по которым очень немного [Pawley 1967]. Лингвистические факты свидетельствуют в пользу того, что языки внутри полинезийского треугольника распадаются на две группы: тонгические и ядерно-полинезийские, разделение которых произошло, видимо, около 200 г. до н.э., вскоре после заселения о-вов Самоа [Тумаркин 1970; Беликов 1981).

В тонгическую группу ученые включают языки тонга и ниуэ, а иногда также и восточно-увеанский. Остальные языки относятся к ядерно-полинезийским и составляют в свою очередь две группы: восточно-полинезийскую и самоическую. Восточно-полинезийская группа включает языки маори, раротонганский, таитянский, гавайский, туамотянский, маркизский, мангаревский, рапануйский. Некоторые лингвисты, считают последний обособленной подгруппой восточно-полинезийских языков. Р. Грин [Green 1966, 32] включает рапануйский язык в одну группу с мангаревским и маркизским языками.

В самоическую группу входят, помимо собственно самоанского языка, восточно-увеанский, восточно-футунанский и язык Эллисовых островов. Теперь к ним добавляют также языки островов Токелау, Нанумеа и Пукапука [Pawley 1967].

Полинезийские языки

Тонгические

Ядерно-полинезийские

Самоическо-внешние

Восточно-полинезийские

Тонга

Самоа

Таити

Пасхи

Ниуэ

Футуна

Туамоту

Увеа

Мангарева

Тувалу

Мангаиа

Токелау

Новая Зеландия

Пукапука

Капинга-маранги

Реннел и Беллона

Тикопиа

На рубеже нашей эры началось заселение протополинезийскими народами Маркизских островов, плацдарма или одного из центров дальнейшего расселения их на восток, что и привело к распаду праядерно-полинезийского языка на несколько групп. В лингвистической науке существует мнение о том, что колыбелью протовосточнополинезийских языков были острова Таити, ибо в таитянском языке сохранилось наибольшее число западно-полинезийской лексики [Churchill 1912; Elbert 1953, 165—166; Emory 1946; Emory 1963, 96—97; Emory, Sinoto 1965]. Грин однако, возражая против этого, показал, что маркизский язык отделился от восточнополинезийских раньше таитянского языка [Green 1966, 12]. Археологические данные также говорят, что в Восточной Полинезии первыми заселены были Маркизские острова — об островах Таити таких подтверждений нет, т.е. факты противоречат гипотезам С. Элберта и К. Эмори.

Древние предки полинезийцев, носителей протовосточно-полинезийских языков в течение многих столетий до их расселения по различным островам и архипелагам на востоке Тихого океана жили в крайней изоляции, что привело к созданию большого числа лингвистических инноваций по сравнению с языками их западных соседей — к такому выводу приходят в частности С. Элберт и А. Поли [Elbert 1953, 156—166; Pawley 1967, 293—294].

Казалось, хорошо аргументированные выкладки зарубежных ученых-лингвистов должны были бы, наряду с археологическими фактами внести ясность в теорию миграций полинезийцев и умерить пыл наиболее ярых защитников американской гипотезы заселения Полинезии и, в первую очередь, острова Пасхи. Однако, в 1982 г. в Гонолулу, вышла специальная работа, посвященная рапануйскому языку, истории его развития и его взаимосвязи с другими полинезийскими языками. Авторы книги, историк Р. Лангдон и лингвист Д. Трайон предложили новую гипотезу относительно положения рапануйского языка в семье полинезийских языков и соответственно иную схему миграции полинезийцев, а также новую теорию заселения острова Пасхи.

Справедливо отмечая, что легенда о прародине полинезийцев Саваики или Гаваики, широко распространенные в Центральной Полинезии не известны на острове Пасхи, авторы приходят к выводу о том, что носители восточнополинезийских (центральнополинезийских языков — термин Лангдона и Трайона) происходят с Самоа, а рапануйцы с другого острова Западной Полинезии. Вторым центром, по их мнению, распространения восточнополинезийцев был о-в Футуна, а своеобразным перевалочным пунктом в расселении мигрантов о-в Раиваваи. Обосновавшись на последнем, футуноязычное население было захвачено пришельцами с севера, т.е. с о-ов Таити, чей язык оказал серьезное влияние на язык первых мигрантов. Спустя какое-то время обитатели Раиваваи, говорящие уже на смешанном футуно-таитянском наречии, отплыли далее на восток и достигли о.Пасхи, который к тому времени был уже заселен. Опираясь на свои выводы, Лангдон и Трайон включили языки футунанской подгруппы в одну группу с рапануйским [Langdon, Tryon 1983].

Отметим попутно, что согласно Элберту [Elbert 1953, 60], применившему в исследовании полинезийских языков глоттохронологический метод, процентное различие в лексике восточно-полинезийских языков указывает на то, что язык острова пасхи первым откололся от группы протополинезийских языков. Это, однако, идет вразрез с фактическими данными других наук, и в первую очередь археологии. Вполне возможно, что низкий процент рапануйских слов, родственных другим восточнополинезийским языкам объясняется, в известной мере бедностью словаря, который служил источником для получения данных по рапануйскому языку. (Элберт пользовался словарем У. Черчилля [Churchill 1912], который насчитывает около 3000 слов, что в два с лишним раза меньше фактического числа рапануйских слов и выражений, зафиксированных позднее — в 1960—1970-е гг.).

Связывая бога дождя рапануйцев Хиро не с хтоническим божеством полинезийцев, а с историческим персонажем таитян, мореплавателем Хиро, жившим, видимо, в XV—XVI в., авторы полагают, что о.Пасхи не мог быть заселен полинезийцами ранее этого времени. А так как, согласно радиокарбонным датам он был заселен людьми около 400 г. н.э., то до этого, по мнению Лангдона и Трайона, на острове жили неполинезийские народы, пришельцы с востока. В течение тысячелетия, эти последние могли беспрепятственно плавать от берегов о-ва Пасхи на запад к островам, уже занятым полинезийцами, где происходила ассимиляция и смешение языков. Когда в XVI в. футуно-таитянские группы полинезийцев с Раивавае поселились на о-ве Пасхи, они оказали влияние на язык первых поселенцев, тех, что прибыли ранее от берегов Америки, однако не смогли окончательно поглотить их язык. В качестве свидетельства неполинезийского субстрата в языке рапануйцев Лангдон и Трайон привлекают пресловутые 10 числительных (не имеющие ничего общего с числительными) и некоторые другие термины (всего 71 лексема).

Туризм Куда поехать на отдых